События, происходящие с 19 марта, все больше тревожат жителей страны. Наличный курс покупки доллара сначала снизился до 4,95 грн., а потом и вовсе покатился по наклонной плоскости, достигая иногда уровня в 4,7 гривни за $1. Началась типичная паника — многие граждане понесли в "обменники" свои долларовые накопления. Разнообразия в прогнозах хватает — от восстановления на уровне 5,05 до падения к отметке 4,5. Сложно сказать, кто окажется прав. Однако это не помешает нам проанализировать причины событий. Хотя бы для того, чтобы попробовать дать прогноз.
Сразу же заметим, что есть две причины происшедшего: внутренняя и внешняя. Начнем с первой. Март 2008 года начался ставшим в последнее время традиционным выбросом денег из Госказначейства на счета банков. К 4 марта остатки на корсчетах увеличились с 16,2 до 18,9 млрд. грн. Однако уже к утру 7 марта на корсчетах осталось всего 15,2 млрд. грн. Отток денег не был связан ни с возвратом рефинансирования, ни со стерилизационными мерами Нацбанка. Всю первую неделю марта спрос и предложение доллара были сбалансированы. Большая часть сделок участниками рынка заключалась в пределах 5,045—5,05 грн./долл. В таких условиях НБУ ни разу не выходил с интервенцией на рынок.
Есть два объяснения происходящего. Первое связано с коллизиями вокруг оплаты импортного газа. Если верить заявлениям премьера Юлии Тимошенко, правительство могло оплатить поставки газа напрямую "Газпрому", минуя посреднические структуры. Для этого оно вполне могло изъять деньги со счетов НАК "Нефтегаз Украины" и напрямую купить валюту у НБУ. Такие операции разрешены со времен приватизации "Криворожстали". Согласно второй, более реалистической версии, Госказначейство могло попросту произвести меньше социальных выплат, чем обычно это делается в начале месяца. В итоге перед 8 Марта население сняло с карточных счетов в виде зарплат порядка 3 млрд. грн., а возникшую "дыру" некому и нечем было закрыть.
Любопытно, но, несмотря на "исчезновение" 3,7 млрд. грн. с корсчетов, процентные ставки по overnight на межбанковском кредитном рынке снизились с 8,3% 3 марта до 5% по состоянию на 6 марта. Правда, уже 7 марта они подросли до 6—8%.
Вторую неделю марта рынок межбанковского кредитования Украины закончил уже в атмосфере острого дефицита кредитных ресурсов. Наступила середина месяца, а остатки на корсчетах банков снизились до критического уровня. Еще 7 марта на них оставалось 15,2 млрд. грн. Однако 14 марта эта цифра снизилась до 13,8 млрд. грн. Это была самая низкая отметка с 20 февраля, когда был зафиксирован годичный максимум цены на ресурсы overnight. Вероятно, в "исчезновении" денег виновато" Госказначейство, которое активно стало аккумулировать деньги на бюджетных счетах. Так, 14 марта Минфин поздравил Гостаможню с досрочным выполнением плана за март. Это слишком хороший показатель, учитывая, что на тот момент не прошло и половины месяца. Кроме того, премьер публично приказала налоговикам активизировать работу. Эти два фактора прозрачно указывают на направление движения денежных средств.
Итак, правительство начало проводить комплекс мер монетарного и фискального характера, цель которых — предотвращение избыточного спроса. В частности, предусматривается не допустить дополнительного давления на спрос со стороны бюджетных расходов. Дефицит гривни в банковской системе Украины был связан со сверхактивным аккумулированием национальной валюты на едином счету Государственного казначейства — таким образом Минфин решил бороться с инфляцией. Ситуация усугублялась тем, что в первых числах проводились крупномасштабные уплаты налогов. Это означало, что в ближайшей перспективе гривня для банков останется дорогой. Но разве кто-то мог предполагать, что все дойдет до того, что было в конце второй декады марта?
Остатки на корсчетах банков продолжали снижение, ставка по кредитам overnight выросла до 22—25% годовых, что выше ставки по долгосрочным кредитам. А ведь клиенты, которым кредитные комитеты банков утвердили предоставление займов, имеют полное моральное право заявить, что их не интересуют проблемы банков с гривневой ликвидностью. Понятно, что в этой ситуации единственным источником изыскания национальной валюты были массированные продажи доллара. Курс на межбанковском рынке опустился до 4,95—4,97. Отсутствие реакции со стороны Нацбанка на преобладающее на рынке превышение предложения валюты над спросом в свою очередь усиливало панические настроения как среди участников рынка, так и среди рядовых граждан, что открыло прямой путь для неоправданного спекулятивного занижения цены покупки доллара (наличного в особенности).
Подведем краткий итог первой части. Резкое падение курса доллара объясняется острой нехваткой гривневых ресурсов. Банки готовы продавать доллары даже по сниженному курсу, чтобы спастись от дефицита гривни (помимо описанных выше причин, еще и для того, чтобы выполнить резервные требования Нацбанка). С одной стороны, получается острый дефицит гривневой ликвидности, с другой — по-прежнему низкий курс доллара на мировых валютных рынках. Естественно, этим с радостью воспользовались спекулянты из обменных пунктов (да и сами банки тоже), чтобы существенно снизить курс покупки доллара у паникующих граждан.
Итак, мы плавно перешли ко второй части — слабость доллара на международных рынках. Сразу же заметим, что украинский рынок в этот раз работал в противофазе с мировым — там доллар вырос по отношению к евро с 1,59 до 1,54. Однако пока низкий курс доллара — бесспорный факт. Западных торговых партнеров США низкий курс доллара не радует, а все больше тревожит. Для них подорожание их денежных единиц относительно доллара оборачивается снижением конкурентоспособности их товаров и услуг, замедлением темпов роста. Другое дело, что вслед за Вашингтоном они предпочитают "переводить стрелки" на страны, чьи валюты привязаны к доллару и соответственно дешевеют вместе с ним. Это прежде всего, Китай и арабские страны — экспортеры нефти.
При этом самой главной страшилкой для доллара называют якобы предстоящий повсеместный отказ от него как резервной и расчетной валюты. С точки зрения автора, даже если сейчас та или иная валюта переживает трудные времена, неминуемой ее катастрофы тоже ждать не следует. В основе опасений того, что доллар может быть стремительно вытеснен с позиции "царя горы", лежит идея, что у одной валюты всегда будет почти абсолютная монополия: если доллары покупают в основном потому, что все кругом так поступают, то можно представить себе, что доля мировых резервов снизится до уровня, при котором все центральные банки резко перейдут на новый валютный стандарт.
Своим привилегированным положением в международной торговле доллар кое в чем обязан такому сетевому эффекту. Операции на мировых товарных рынках осуществляются практически исключительно в долларах, поскольку так удобно и покупателям, и продавцам. Но независимо от того, что думает президент Ирана Махмуд Ахмадинежад, экспортеры нефти не получили бы больше прибыли, если бы их продукция оценивалась в евро или фунтах стерлингов. Цена на нефть устанавливается с учетом соотношения спроса и предложения; доллар — это просто удобное средство ведения расчетов. Зачастую цена определяется в долларах, когда не используется валюта ни одного из торговых партнеров по сделке. Если принят какой-либо стандарт, его изменение неизбежно повлечет за собой издержки.
Бороться с низким курсом своей валюты власти США при желании могли бы тремя способами: от "словесной поддержки" доллара до попыток интервенции на валютных рынках и, наконец, повышения банковских учетных ставок, то есть стоимости денег. Но никакой склонности ни к одному из действенных вариантов в Вашингтоне пока нет.
Министр финансов США Генри Полсон, правда, начал в последнее время разнообразить и, кажется, усиливать ритуальные увещевания по поводу "сильного доллара". Похоже, Полсон хочет видеть доллар сильным, но при этом не желает признаваться в том, что сам он не особо возражает против "слабого доллара". Но реальное влияние такой риторики на валютный курс не так уж и велико. Полагаю, нынешний подход был хорош при прежней администрации Билла Клинтона, но недостаточен в современном мире, где торгово-взвешенный обменный курс доллара в значительной мере управляется из-за рубежа, то есть зависит от действий торговых и инвестиционных партнеров США.
Что касается валютных интервенций в поддержку доллара США, замечу, что нынешняя администрация принципиально проводит политику "невмешательства" на валютных рынках. Если бы ФРС сейчас пошла на их повышение, это было бы, наверное, самым действенным способом поднять курс доллара. Но в стране замедляется экономический рост, а для нее такой шаг губителен.
Однако после этого ситуация может радикально измениться. Когда ставки в США достигнут дна, и, что куда важнее, лекарство ФРС окажет волшебное действие на американские финансовые рынки и экономику в целом, доллар может снова стать привлекательнее. Еще в этом году он вполне может вернуться на уровень как минимум 1,45 доллара за 1 евро, а то и 1,4. В ближайшие годы эта тенденция может нарастать на фоне оживления американской экономики и снижения нынешнего дефицита на текущем счету США. Естественно, от этого будет зависеть и динамика курсов доллара и евро к гривне.
Но вернемся к Украине. По нашему мнению, ситуация с низким курсом доллара на безналичном и наличном рынках будет продолжаться еще пару недель. Возврат к нормальной гривневой ликвидности зависит от того, когда Минфин впустит деньги в экономику. Понятно, что без конца так продолжаться не может, и Министерство финансов будет вынуждено насыщать рынок гривней. Вслед за этим может подрасти и курс доллара. Пожалуй, до 4,95—5,0 может дотянуть.
Источник:
"Кіевскій ТелеграфЪ"
